Ethereum — исторически первая и до сих пор одна из самых популярных платформ для разработки смарт-контрактов.

На ней построена значительная часть:

• DeFi-проектов;
• NFT-платформ;
• децентрализованных приложений;
• DAO;
• сервисов токенизации активов.

Большинство контрактов в Ethereum создаётся на языке Solidity и исполняется в виртуальной машине EVM — Ethereum Virtual Machine.

Главное преимущество Ethereum — развитая экосистема. Вокруг сети уже сформировались инструменты разработки, кошельки, биржи, сервисы аналитики и большая профессиональная аудитория.

При этом у Ethereum есть и недостатки: в периоды высокой нагрузки комиссии могут значительно увеличиваться, а обработка транзакций — занимать больше времени.

Отдельную группу образуют блокчейны, совместимые с Ethereum Virtual Machine.

К ним относятся:

• BNB Smart Chain;
• Polygon;
• Avalanche;
• Arbitrum;
• Optimism;
• Base и другие сети.

Они используют схожую архитектуру и позволяют создавать смарт-контракты на Solidity. Разработчики могут переносить уже существующие решения из Ethereum, не переписывая проект с нуля.

При этом каждая сеть устанавливает собственные правила: комиссии, скорость обработки операций, механизмы подтверждения транзакций и порядок управления.

Для бизнеса EVM-совместимые сети часто привлекательны более низкими комиссиями и высокой скоростью. Но выбор конкретной сети нельзя делать только по цене транзакции. Необходимо учитывать безопасность, ликвидность, устойчивость инфраструктуры и доступность нужных сервисов.

Solana ориентирована на проекты с большим количеством операций и высокой нагрузкой.

Она часто используется для:

• торговых платформ;
• игровых проектов;
• NFT;
• платёжных решений;
• приложений с большим количеством пользователей.

Программы для Solana обычно создаются на Rust, реже — на C или C++. Для разработки также используется фреймворк Anchor.

Solana привлекает высокой скоростью и сравнительно низкой стоимостью транзакций. Однако её техническая архитектура отличается от Ethereum, поэтому перенос EVM-контрактов в эту сеть требует отдельной разработки.

Помимо Ethereum и Solana существуют и другие блокчейны, поддерживающие смарт-контракты.

Например:

• Cardano использует язык Plutus;
• Tezos — Michelson;
• Polkadot и экосистема Substrate — Rust и ink!;
• EOS — преимущественно C++.

Одни проекты делают ставку на формальную проверку программного кода, другие — на масштабируемость, совместимость разных сетей или особую модель управления.

Такие платформы могут хорошо подходить для отдельных задач, однако бизнесу необходимо заранее оценивать размер экосистемы, наличие разработчиков, уровень ликвидности и доступность инфраструктуры.

Пользователь редко взаимодействует со смарт-контрактом напрямую. Обычно между ним и программным кодом находятся сайты, приложения, кошельки и другие сервисы.

Для создания, проверки и размещения смарт-контрактов используются:

• Hardhat;
• Foundry;
• Remix;
• Truffle;
• Anchor и инструменты Rust — для Solana.

Они помогают разработчикам писать код, проводить тестирование, моделировать различные сценарии и размещать готовый контракт в блокчейне.

Типовые токены и отдельные виды контрактов можно создавать без полноценной разработки — через готовые шаблоны и веб-интерфейсы.

Однако простота такого решения может быть обманчивой. Пользователь не всегда понимает, какие функции заложены в шаблон, можно ли изменять контракт, кто сохраняет административный доступ и какие ограничения действуют после его размещения.

Для просмотра операций используются специальные сервисы:

• Etherscan;
• BscScan;
• PolygonScan;
• Solscan.

Через них можно проверить адрес контракта, историю транзакций, остатки активов, события, комиссии и отдельные параметры программного кода.

Эксплорер становится важным источником информации и при возникновении спора: он позволяет восстановить последовательность операций и зафиксировать цифровой след.

Пользователи взаимодействуют со смарт-контрактами через кошельки MetaMask, Phantom и другие приложения.

Для подключения сайтов и сервисов к блокчейну используются RPC-провайдеры, например Infura, Alchemy и QuickNode.

Поэтому работа проекта зависит не только от самого контракта. Значение имеют фронтенд, кошелёк, провайдер доступа, оракулы и другие элементы инфраструктуры.

На базе смарт-контрактов работают:

• децентрализованные биржи;
• кредитные DeFi-протоколы;
• NFT-площадки;
• DAO-платформы;
• блокчейн-игры;
• сервисы токенизации.

Например, пользователь может работать с Uniswap, Aave или OpenSea, не видя программного кода контракта. Для него вся система выглядит как обычный сайт или приложение.

Именно поэтому юридическая оценка должна охватывать не только блокчейн, но и весь продукт, через который клиент получает услугу.

Смарт-контракт часто воспринимают исключительно как технический инструмент. Но в коммерческом проекте он является лишь частью более широкой правовой конструкции.

Рядом с кодом существуют стороны сделки, пользовательские соглашения, права на активы, ответственность, налоги, требования комплаенса и порядок разрешения споров.

Команда проекта описывает, что должно происходить: пользователь переводит деньги, получает токен, передаёт актив в залог или приобретает определённое право. Юрист помогает определить: кто является стороной отношений; что именно передаётся пользователю; когда возникает право на актив; какое действие считается исполнением обязательства; можно ли отменить или изменить операцию; что происходит при ошибке или техническом сбое. После этого согласованная логика переносится в программный код.

В серьёзных проектах смарт-контракт не существует в правовом вакууме. Его сопровождают:

• оферта;
• пользовательское соглашение;
• правила платформы;
• политика DAO;
• условия выпуска и продажи токенов;
• соглашения с разработчиками и инфраструктурными подрядчиками.

Задача юриста — добиться того, чтобы правовые документы соответствовали реальной работе программы.

Например, если в соглашении предусмотрена возможность возврата средств, а код технически не позволяет этого сделать, возникает прямое противоречие между обещаниями проекта и его фактической архитектурой.

Один из ключевых вопросов — кто отвечает, если система работает не так, как ожидалось.

Причиной потерь могут стать:

• ошибка в программном коде;
• взлом;
• некорректное обновление;
• сбой сайта;
• ошибка оракула;
• компрометация ключей;
• действия администратора;
• использование неподходящего шаблона контракта.

Юрист помогает заранее распределить ответственность между владельцем проекта, разработчиками, операторами интерфейса, инфраструктурными подрядчиками и пользователями.

Проект может выглядеть как обычное приложение, но с юридической точки зрения содержать признаки:

• выпуска ценных бумаг или иных финансовых инструментов;
• привлечения инвестиций;
• обмена цифровых активов;
• оказания платёжных услуг;
• организации торговли;
• управления чужими средствами.

Поэтому до запуска необходимо определить правовую природу токена и всей бизнес-модели, применимое законодательство, требования к идентификации пользователей, рекламе, налогообложению и противодействию отмыванию доходов.

Слова «децентрализованный проект» или «DAO» сами по себе не освобождают участников от юридической ответственности.

Если произошёл взлом, списание активов или спор по исполнению сделки, одной ссылки на транзакцию обычно недостаточно.

Необходимо зафиксировать:

• адреса кошельков;
• хеши транзакций;
• временные метки;
• состояние контракта;
• версию программного кода;
• историю обновлений;
• права администраторов;
• переписку участников;
• обращения к биржам и другим сервисам;
• маршрут движения активов.

Юрист совместно с техническими специалистами превращает эти данные в доказательственную позицию, которую можно использовать в претензии, переговорах, суде или при обращении в правоохранительные органы.

Технический аудит позволяет найти уязвимости и ошибки в программном коде. Но он не отвечает на все вопросы бизнеса.

Даже безупречно написанный контракт может создавать юридические риски, если:

• права пользователя описаны неопределённо;
• код противоречит оферте;
• не установлен ответственный оператор;
• токен имеет признаки регулируемого финансового инструмента;
• не предусмотрен порядок действий при взломе;
• непонятно, право какой страны применяется;
• отсутствует механизм разрешения споров.

Поэтому полноценная проверка проекта должна включать как технический, так и юридический аудит.

Если говорить совсем просто, разработчик определяет, как технически работает смарт-контракт, а юрист — что его работа означает с точки зрения права.

Юрист помогает установить:

• что считается заключением и исполнением сделки;
• какие права получает пользователь;
• кто несёт ответственность за ошибку;
• как действовать при техническом инциденте;
• каким образом защищать интересы проекта или клиента в случае спора.

Смарт-контракт способен автоматически исполнить записанную в него команду. Но он не может самостоятельно определить, соответствует ли эта команда закону, справедливо ли распределены риски и кто должен отвечать за последствия. Именно здесь начинается работа юриста.

Больше материалов — в книге Сергея Елина о финансово-правовой безопасности бизнеса и защите личных активов собственников и руководителей.

Книга помогает директорам, учредителям, бухгалтерам и топ-менеджерам системно разобраться в рисках, с которыми сталкивается бизнес, и заранее выстроить стратегию защиты.

Полную версию можно приобрести на платформах:

• Яндекс Книги
• ЛитРес
• Ozon
• в издательстве Эксмо

Основной сайт: https://www.ap-group.ru/

Сергей Елин, Эксперт по финансово-правовой безопасности, управляющий парнер Аудиторско-консалтинговой группы «АИП»