Самозанятый — это физлицо на режиме налога на профессиональный доход, а не отдельный правовой статус.

У него есть ограничения: доход до 2,4 млн рублей в год, отсутствие сотрудников, запрет на работу с бывшим работодателем в течение двух лет, ограниченные виды деятельности. Ставка налога — 4% или 6%.

Но ключевой момент — он не входит в структуру компании.

Риск возникает не в договоре, а в фактической модели работы.

Если человек оформлен как самозанятый, но:

• работает по графику;
• подчиняется руководителю;
• встроен в процессы компании;
• получает регулярные выплаты без привязки к результату —

налоговая будет рассматривать это как трудовые отношения.

И здесь важный момент: формально правильный договор не спасает, если факты говорят об обратном.

На практике анализ идет по совокупности факторов.

Проверяют:

• банковские выплаты (регулярность и одинаковые суммы);
• переписку и постановку задач;
• наличие доступа к корпоративным системам;
• внутренние документы (пропуска, приказы, графики);
• фактическое рабочее место.

Все чаще используются цифровые следы: CRM, таск-трекеры, почта.

Отдельное внимание уделяется ситуациям, когда:

• у компании десятки самозанятых;
• они выполняют одинаковые функции;
• работают долго и стабильно;
• фактически заменяют штат.

Такие модели почти автоматически попадают в зону риска при проверке.

Если отношения признают трудовыми, последствия стандартные, но чувствительные:

• доначисление НДФЛ;
• начисление страховых взносов;
• пени и штрафы;
• возможные претензии по трудовому законодательству.

При этом доначисления могут идти за несколько лет.

Главная ошибка — попытка «упаковать» сотрудника в самозанятого без изменения сути работы.

Также часто встречается:

• фиксированная ежемесячная оплата «как зарплата»;
• отсутствие конкретного результата в договоре;
• единый заказчик на 100% дохода исполнителя;
• перевод действующих сотрудников в самозанятые;
• контроль рабочего времени и процессов.

Все это формирует совокупность признаков трудовых отношений.

Исполнители тоже часто недооценивают риски.

Критичные моменты:

• отсутствие актов выполненных работ;
• несформированные чеки в «Мой налог»;
• работа «по устной договоренности»;
• полная зависимость от одного заказчика.

Без чеков доход автоматически выходит из режима НПД и может облагаться по ставке НДФЛ.

Юридически и фактически граница одна:

Рабочая модель всегда строится от сути, а не от документов.

Что действительно важно:

• договор под конкретный результат, а не «оказание услуг в целом»;
• отсутствие подчиненности и внутреннего контроля;
• оплата за выполненные задачи, а не за время;
• диверсификация заказчиков у исполнителя;
• корректное оформление чеков и актов;
• раздельная коммуникация (без включения в корпоративную структуру).

Даже при правильной модели риск не равен нулю. Суд всегда оценивает совокупность обстоятельств, а не один фактор.

Поэтому задача — не «идеально оформить», а минимизировать признаки трудовых отношений в реальности.

Самозанятость — это рабочий и законный инструмент. Но он требует аккуратной настройки.

Налоговые претензии возникают не потому, что бизнес работает с самозанятыми,
а потому что самозанятость используют как замену трудовых отношений.

И именно такие схемы сегодня проверяются в первую очередь.

Больше полезных материалов из книги Сергея Елина о финансово-правовой безопасности бизнеса и защите личных активов собственников и руководителей.

Книга дает системное понимание рисков, с которыми сталкиваются директора, учредители, бухгалтеры и топ-менеджеры, и помогает заранее выстроить стратегию защиты.

Полную версию книги можно приобрести на платформах: 

Яндекс Книги, ЛитРес, Ozon, а также в издательстве «Эксмо».

В дополнение к статье делимся анкетой самодиагностики, которая поможет оценить налоговые риски в вашем бизнесе.

Больше полезных и бесплатных материалов вы найдёте в нашем боте: @elin_partners_bot